photo

Убит поток

90 руб
Оценка: 0/5 (оценили: 0 чел.)

Автор: Власов Роман

вставить в блог

Описание



Долгие годы жизнь в воздушном городе Алгове полностью контролируется Прогресс-программой. Жители уже успели забыть, что такое насильственная смерть, как вдруг средь бела дня при загадочных обстоятельствах происходит убийство. Жертва – высокий гость, божественный пророк и правитель соседнего фанатичного княжества. Переговоры сорваны, и мир висит на волоске. Судьба сотен тысяч людей оказывается в руках рядового следователя Дидерика. Только он в силах предотвратить надвигающуюся войну. Но заплатить за это придётся большую цену…


В книгу включены также рассказы «Пять свиданий» и «Имя для дочери». Они повествуют о маленьких людях и их маленьком судьбоносном выборе в мире под управлением Прогресс-программы.

Приобрести книгу: www.litres.ru/roman-vlasov/ubit-potok/

Характеристики

Отрывок Убит поток

Вспышка застаёт его на смотровой площадке. По городу разносится звон, и диктор мягким голосом предупреждает: «Готовность – пятнадцать минут».
Дид вздрагивает, оглядывается. Вокруг никого. Пыхтит только рядом какой-то автомат на тонких ножках с колёсиками.
«Пропущу», – говорит ему Дид. Тот в ответ мигает три раза своими большим сетчатыми глазами и согласно пищит.
Всё, решено. Пусть навигатор полюбуется потом на отчёт. И поймёт, что наделал. Тем более за первое нарушение не наказывают, уж Дид-то знает правила лучше других.
Он поднимает воротник, скрещивает руки на груди. Перед ним весь город: сотни платформ, как древесные грибы, облепляют белую гору Алгову. Между платформами – струны-линии монорельса и гирлянды воздушных дорог. У подножия блестит исполинский купол вокзала. К куполу присосалась «грелка». Гонит тёплый воздух потоком вверх. Рядом, в окружении стаи ворон, летит пара механических «ежей».
«Десять минут», – объявляет диктор. Дид не двигается.
«Извини, но я должен быть честным. Ты – ужасная моя ошибка и главное моё разочарование», – писал навигатор… Как так может быть? Как? Столько лет честной, прилежной службы, ни одного замечания, три какие-никакие награды, почётное звание хранителя сети, и вдруг…
Пять минут. И планшет разряжен… Уже не успеть. Всё.
Хотя – стоп. Есть же будка. Специальная будка на каждой платформе, «для непредвиденных обстоятельств». Вот она, под лестницей. В двух шагах.
Дид колеблется. Автомат тем временем разъезжается на две половины. Скрежещет. Интересно, есть ли у него жучок? Прилеплен, наверное, к ноге или брюху… Отключён, скорее всего. Потому что всё в порядке. Но вот пройдёт ещё минута, и в систему города поступит тревожный сигнал: «Следователь Дидерик не вышел в сеть во время вспышки». И смотровая площадка ответит: «Следователь Дидерик обнаружен», – и запустит жучка. И жучок начнёт записывать. И можно будет помахать рукой и сказать: «Салют, Цветан! Как дела?.. А я тут, понимаешь, нарушаю...»
Минута… Дид не выдерживает. Его охватывает страх. Особенно унизительный после недавней решимости. Согнувшись, он бросается к будке, проводит рукой по сенсору и вваливается внутрь.
Здесь терминал, два стула, засохший цветок в кадке, дверь в крошечный туалет. Стеклянная крыша будки засижена голубями. Затхлый воздух. Терминал уже включился и даже загрузил профиль Дида. Успел!
Три новых сообщения.
Первое. Приглашение сыграть блиц-партию в Шпионов. Это сетевая игра. Стратегия. На интеллект. Не стрелялка, ничего такого. На фотографии – прилизанный паренёк в очках. Очередной юный гений, наверное. Точно гений: в профиле побед в три раза больше, чем поражений. С такими связываться себе дороже. Только рейтинг на пустом месте потеряешь. А рейтингом Дид очень дорожит. Да и настроения нет. Он мгновение сомневается и отказывается.
Второе. От жены. У младшего проблемы с математикой в школе. Запрашивает одобрение на репетитора.
Запретить. Репетиторы для неудачников. Пусть закаляет волю… А то так и будет сидеть с раскрытым ртом и ждать, когда ему всё разжуют и в рот положат. Справится.
Мигает иконка. Ответ уплывает в сеть…
Что-то не так.
«Вот тебе явный признак беды, – писал навигатор. – Я проглядел твою историю сообщений с женой за последний год и обратил внимание, как быстро ты отвечаешь на все запросы. Минута, две – и важное, судьбоносное решение принято. Разве так я тебя учил? Разве это и есть «вдумчивый и взвешенный» подход к выбору, который даёт тебе Прогресс-программа?»
Дид встаёт, опирается вытянутыми руками на стол и несколько раз перечитывает письмо жены. Гм. Что тут обдумывать и взвешивать?
В умывальнике вода еле течёт. Он смачивает себе виски, полощет горло. Смотрит в зеркало. Кажется, что за последнюю неделю он постарел на добрый десяток лет. Морщины на лбу, чёрные мешки под глазами, взгляд какой-то погасший, усталый, и руки как-то совсем по-стариковски дрожат…
Он вытаскивает из кармана круглую таблетку антидепрессанта. Глотает.
Как же это всё так? Как же?..
Бах! Зеркало жалобно звенит, но удар выдерживает. По руке прокатывается боль. Дид потирает ушибленный кулак, ругается. Ему легче.
Третье письмо. Отмечено как важное. Заголовок: «Убийство». Шутка какая-то? Читает. Потом ещё раз. Нет, не шутка.
Этим утром на платформе Солнечная некий сотрудник внешней службы Куприян Борода обнаружил труп чалмашского князя Сабина Лала. Приехавшие медики нашли на теле многочисленные синяки и кровоподтёки и сообщили в Прогресс-программу о преступлении.
И Прогресс-программа назначила Дида следователем. Навигатор выбор уже одобрил. В ближайшее время будет сформировано новое расписание.
Некоторое время Дид сидит и переваривает новость. Внешняя служба? Чалмашский князь?.. Убийство?! Какое, к ляду, убийство?! Ради чего? В современном обществе? Под неусыпным оком Программы?.. Это же невозможно! Граждане тут точно ни при чём. Значит, это их какие-то дела, чалмашские… Но что делал их князь здесь? Вёл какие-то переговоры? С кем?
Дид посылает запрос в сеть. Последнее убийство зарегистрировано тридцать лет назад. Какие-то фанатики кого-то заживо сожгли в знак протеста. В это время он ещё заканчивал институт. И Прогресс-программа только-только набирала силу. И мир был совсем другим. Очень давно. Очень.
Новый запрос. Сабин Лала. Лично в сети никак не отмечался… Новостные ленты… «В результате военного переворота Сабин Лала стал верховным правителем Оранжевого княжества...» Всего месяц назад. Гм. А что это за Оранжевое княжество?.. «Знаменитая пустыня… Поклоняются Воде… Одно из двух великих княжеств на чалмашских территориях». Ясно. И вот ещё интересно: «Возобновились переговоры о подключении княжества к прогресс-программе. Сын новоизбранного правителя уже пять лет проходит обучение в институте навигаторов Алговы».
А ведь это очень серьёзно. Настоящий международный скандал. И программа возлагает на Дида такую ответственность… Значит, это ещё и прекрасный шанс. Доказать, переубедить, исправиться…
Тем временем приходит ответ от жены: «Запретить? Ну-ну, дождёшься. Вырастет сынок внешником».
Дид хмурится, смотрит в запылённое окно будки. Вдруг бьёт кулаком по столу. Горшок с цветком подпрыгивает.
Работаем!

Она ждёт его в парке. На обычном месте. Длинная коса, шерстяной свитер, юбка с оборками – всё на месте. И улыбка. Безмятежная, воздушная – будто светится среди пожухших кустарников и тусклых искусственных деревьев.
Машет ему рукой.
– Опаздываешь, – говорит. Это шутка, конечно. Потому что под контролем программы никто никуда не опаздывает. Только нарушает. А если и нарушает, то нечасто. Один-два раза в год, по статистике.
Она достаёт из пакета пластиковый контейнер с кричащей этикеткой. Внутри какая-то бесцветная жижа. Протягивает ему вместе с ложкой.
– Что это? – спрашивает Дид.
– Не знаю. Увидела вот в автомаге и решила попробовать.
– Вечно ты!.. – начинает было он, но осекается. Продолжает намного тише: – Хорошо. Спасибо.
Опускается рядом на скамейку. Осторожно пробует жижу. По вкусу напоминает абрикос. Есть можно. Ест.
Время обеденное, и в парке много людей. Стоит гомон. По воздуху – очень близко – реет «грелка» во всём своём бесформенном великолепии. Огромная, размером с платформу. Из её рыхлого чрева торчат сотни изогнутых труб. Синхронно пыхтят.
– Что было интересного на вспышке?
– Ты не видела?
– Я к тебе не заходила. Сам понимаешь – Цветан, – она улыбается.
– А что Цветан? А! Тьфу, как дети! Ладно, дождётесь, ещё тошнить будет друг от друга.
– Не будет.
– Вот увидишь.
– Ты дурак.
Дид закипает, но вместо ругательств – внезапно для самого себя – произносит:
– Меня назначили расследовать убийство.
– Убийство?!
Он рассказывает, что знает. Её глаза округляются:
– Чалмаши?.. Это вот те странные люди?.. Которые в смешных башенках живут?
– Башенки – это посольство Высокого княжества. Горного. И оно тут давно, насколько я понял. А мои, гм, клиенты, из пустыни. Это совсем другое.
– Ой-ой-ой… И что?.. Что ты теперь будешь делать?
– Не знаю.
– Горы-боги!
Дид хмыкает. «Горы-боги» – так часто восклицала их мать по самым разным поводам. Это всегда было так обыденно, так привычно. И вот сегодня, услышав эти слова от сестры, он почему-то задумывается. Что это за боги? Что за горы? Да… Теперь уже никогда не узнать.
– А внешняя служба не может этим заняться? – спрашивает она. В голосе звучит тревога. – Не их разве дело?
– Программа так решила. А пути её неисповедимы. Значит, не их. Значит, наше, внутреннее.
«И запомни раз и навсегда, – писал навигатор, – Прогресс-программа – не государство, не правительство, не сверхразум и уж точно не бог. В первую очередь это инструмент в наших руках. В руках общества. Мощнейший инструмент, но пока ещё несовершенный. Да, мы обязаны подчиняться решениям программы. Но при этом должны критически анализировать её решения. И вносить корректировки, предложения… Ты же всегда просто и беспрекословно подчиняешься. И это очень и очень плохо».
– Брр… Как подумаю, дрожь берёт, – продолжает сестра, – Ведь это значит, что где-то сейчас по городу ходит убийца… Это же… Это же просто опасно! У тебя будет какая-то защита, оружие? Или… Или… Не знаю, что-нибудь?
– Нет. Откуда? – он пожимает плечами.
– Но ты же!.. Ты же всю жизнь ловил каких-то пьяниц, прогульщиков – шушеру всякую… Ну, хорошо, ну, хакеров, но всё равно – это не то… Тут же настоящий головорез! Чалмаш!
– Ещё ничего не известно.
– Ужасно-ужасно… Тебе надо было уехать отсюда. К жене. К детям. Пока была такая возможность.
– Нет, – говорит он и жестом показывает, что продолжать эту тему не намерен.
– Ладно, – всхлипывает она. – Пиши мне. Я буду волноваться. Буду заходить к тебе на каждой вспышке!
– Заходи, – произносит Дид.
К ним подкатывает робот-уборщик. Заслуженный, с исцарапанными боками и подбитым фонарём-глазом. Он открывает скрипящую дверцу на брюхе и достаёт оттуда букет сиреневых флоксов. На бегущей строке отображается: «Для самой красивой девушки на свете!»
– Цветан! – говорит сестра и шлёт роботу воздушный поцелуй. Дид вяло поднимает руку в знак приветствия.
«Не туда))) Я сзади! ;-)» – отображается на экране робота.
Они оборачиваются. На искусственном стволе дерева виднеется едва заметный бугорок с камерой. Хотя, может, камера прячется в другом бугорке, чуть выше, на ветке. А может… Впрочем, гадать бесполезно.
«Какое тут, к ляду, убийство… – думает следователь Дидерик. – Фантастика».

На входе в больницу выдают специальную шапочку и жилетку. Потому что внутри холодно – идут какие-то процедуры.
Шапочка на Дида не налезает. Он пытается объяснить это автомату. Тот бурчит что-то несвязное и таращит глаза. Подбегает медсестра. Виновато улыбается и принимается искать нужный размер.
На мониторе показывают третье чтение закона о прошивке. Противники закона снова в подавляющем большинстве. Странные люди. Первый настоящий шаг вперёд за долгие годы, и такое неприятие.
– Этот закон – кошмар, правда? – говорит медсестра, отдавая следователю шапочку.
Дид злится. Вот из-за таких, как эта курица… Из-за них… Он открывает рот, но его опережают:
– А что в нём такого ужасного, милочка?
Человек низкого роста в камуфляжной форме внешников. Нос крючком. Короткие волосы лоснятся и слипаются. Выражение лица – кислое. На шее – наушники-таблетки, провода от которых прячутся в чёрную прямоугольную сумку.
– Ну, как же? – хлопает глазами медсестра. – Прошивка же. Жучок под кожу… Брр… Ну, и потом… Как можно запрещать свободное время? Это же ужасно!
– А чем вы занимаетесь в свободное время, милочка? Чем-то предосудительным?
– Я… Не скажу, – она краснеет.
У Дида вырывается короткий смешок. Уж он точно знает, чем занимаются люди в эти полтора часа, когда программа отпускает на волю. Ничем хорошим.
«Вот тебе другой признак беды, – писал навигатор. – В преступниках ты перестал видеть людей. Будто глоток чалмашского вина или поцелуй тайком от жены делает их зверями. Ты выслеживаешь их, и сам, как бульдог, вцепляешься мёртвой хваткой, не давая ни единого шанса на оправдание. Девяносто пять процентов обвинительных заключений! Ох-хо-хо! Благо, что ты не судья...»
–… Вот, милочка, к тому-то я и веду. Если он добропорядочный гражданин, то и бояться ему нечего. Яснее ясного. А коли он злостный нарушитель, висит на волоске и знает, что плачет по нему исправительная колония… Вот тут-то за ним нужен глаз да глаз. Таких бед может понаделать. И вешались, и поджигали себя, бывало… И «ежей» сбивали… Под прицелом нужно таких держать, а вы: «свободное время»! Подтвердите, товарищ следователь!..

0 комментариев

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.